Сладкого не ждите: почему российский мед может исчезнуть с полок магазинов.
Россияне рискуют остаться без привычного меда уже в ближайшие месяцы. Аномалии погоды, ценовая борьба с торговыми сетями и рост фальсификата создали идеальный шторм на рынке сладкого продукта. Эксперты предупреждают: гречишный мед может закончиться в феврале, а отдельные сорта уже в дефиците.
Ассоциация поставщиков и производителей продовольственных товаров «Руспродсоюз» бьет тревогу. Причины кризиса носят системный характер.
Погода против пчеловодов: что случилось в 2025 году?
Главный удар по отрасли нанесла природа. Сезон-2025 стал аномальным для ключевых медоносных регионов России. Страну словно разрезали на две части: одни регионы задыхались от засухи, другие тонули в бесконечных дождях.
География бедствия:
Южные регионы (Краснодарский край, Ростовская область) столкнулись с жесткой засухой, которая уничтожила часть медоносной базы.
Центральная Россия и Поволжье, напротив, пострадали от переувлажнения почвы и длительных дождей в период цветения, что сделало сбор нектара практически невозможным.
Результат предсказуем и печален: валовый сбор меда сократился, а структура предложения оказалась нарушена.
Сортовой дефицит: что уже закончилось и что на исходе
Картина, которую рисуют в «Руспродсоюзе»:
Ранние сорта — первые потери. Каштановый и акациевый мед, которые обычно появляются в начале сезона и радуют потребителей своим тонким вкусом, исчезли из продажи гораздо раньше обычного. Их запасы были исчерпаны еще в середине осени.
Цветочное разнотравье под вопросом. Различные сорта цветочного меда, которые традиционно были доступны покупателям вплоть до весны, оказались в остром дефиците уже к Новому году. Привычные «луговой», «полевой» и «горный» стали редкостью.
Гречишный мед — следующий в очереди. По прогнозам экспертов, запасы гречишного меда, любимого многими за темный цвет и характерный вкус, могут быть исчерпаны уже в феврале 2026 года.
Ценовой шок: плюс 30–50% и не предел
Товарный дефицит неизбежно порождает ценовой всплеск.
С сентября 2025 года закупочные цены на все виды меда выросли на 30–50%. Причем, как подчеркивают в «Руспродсоюзе», рост продолжается до сих пор. Сырье дорожает быстрее, чем готова реагировать инфраструктура розничной торговли.
Почему это происходит?
Объективный дефицит предложения. Меда меньше, а спрос (в том числе экспортный) остается стабильным.
Сжатые сроки закупки. Окна для закупки меда у пчеловодов закрываются раньше обычного, особенно по сортам, где альтернатив практически нет. Пчеловоды, видя ажиотаж, поднимают цены.
Инфляция издержек. Растут цены на топливо, упаковку, логистику, что переработчики вынуждены закладывать в себестоимость.
Конфликт с сетями: убыточные отгрузки и остановка производства
Самая тревожная часть заявления «Руспродсоюза» касается взаимоотношений производителей и розничных сетей.
Производители меда (переработчики и фасовщики) пытаются донести до ритейла простую истину: сырье подорожало на треть, значит, и отпускные цены должны быть скорректированы. Они предоставляют сети расчеты, подтверждающие рост себестоимости, просят о минимальной индексации цен.
Но торговые сети, как правило, отвечают отказом.
Ритейлеры, борющиеся за низкие цены для покупателей и свою маржу, не принимают корректировки. Для них мед — не социально значимый товар первой необходимости, по которому действуют особые правила ценообразования, но и не настолько маржинальная позиция, чтобы идти на уступки.
Результат такой политики предсказуем: производители вынуждены прекращать отгрузки в сети по убыточным ценам. Проще говоря, они физически не могут продавать мед в магазины дешевле, чем купили сырье у пчеловодов.
Тройной удар: риски для рынка и потребителей
Сложившаяся ситуация создает как минимум три системных риска.
Риск 1: Дефицит на полках.
Если производители перестанут отгружать товар в сети по нерентабельным ценам, прилавки опустеют. Мед — продукт не скоропортящийся, его запасы на складах конечны. Когда они закончатся, полки могут «пожелтеть» (остаться пустыми) на долгие месяцы, до нового урожая (и то не факт).
Риск 2: Рост фальсификата.
Дефицит и высокие цены на натуральный мед — питательная среда для мошенников. В «Руспродсоюзе» прямо предупреждают о рисках роста фальсификата, особенно в низких ценовых сегментах. Под видом меда потребителям могут продавать глюкозно-фруктозные сиропы, ароматизированные сахарные смеси или разбавленный продукт.
Риск 3: Уход добросовестных производителей.
Рынок, где честным игрокам предлагают работать в убыток, неизбежно покидают именно честные игроки. Те, кто не хочет фальсифицировать продукт, экономить на качестве или использовать заменители, просто разоряются.
Цифра, которую приводят в ассоциации, говорит сама за себя: за последний год с рынка уже ушли два заметных переработчика меда. И это, вероятно, не предел.
Ситуация напоминает замкнутый круг. Пчеловоды не могут продавать сырье дешевле из-за объективного неурожая. Переработчики зажаты между дорогим сырьем и несговорчивыми сетями. Ритейлеры боятся потерять покупателя из-за роста цен. А в выигрыше в итоге могут остаться только фальсификаторы, которые заполнят пустующие полки дешевой подделкой.
Эксперты полагают, что для разрешения кризиса необходимо вмешательство регуляторов или диалог на площадке ФАС и Минпромторга. В противном случае любители чая с медом рискуют остаться зимой 2026 года без привычного лакомства, а рынок — без добросовестных игроков.
С уважением к Вашему делу, Ника Виноградова
Источник: New Retail
